Следующее утро (а уже настал вторник) в том, что касается передвижений, напоминало утро прошедшее: микроавтобус (правда, в этот раз попросторнее) со станции Кола, выезд из Бейрута в южном направлении… Однако ныне путь не пролегал далеко на юг; скоро автобус свернул на восток. Стал отдаляться от моря и карабкаться по вьющимся дорогам в горы. Исчезли куда-то густонаселённые районы, а вместо них воцарились лесистые склоны. Затем дома вновь обступили дорогу: мы проезжали по селениям области Шуф (الشوف), части Горного Ливана. В одном из этих селений я вышел из автобуса.
Горы и дворцы Шуфа
Имя городка, в который я прибыл — Бааклин (بعقلين). Он был первым центром династии Маан (معن), а это род, к которому принадлежали эмиры Горного Ливана (جبل لبنان) эпохи Средневековья и Нового Времени. Государственное образование, ими возглавляемое, находилось в рамках Османской империи. Может быть, оно стало прообразом современного Ливана. События же, в которые феодалы Горного Ливана были вовлечены, имели влияние на судьбу не только этой земли, но и соседних Сирии, Палестины…
Бааклин — живописный и богатый памятниками городок. К сожалению, из-за несовершенно спланированного маршрута, я видел здесь лишь дворец (Сарай) с памятником эмиру Фахруддину перед ним. Ныне в этом дворце располагается библиотека. Надеюсь когда-нибудь восполнить упущенное и осмотреть Бааклин должным образом.
Из Бааклина я отправился пешком в следующую столицу Горного Ливана (с начала XVI века). Именно она, имеющая поэтическое название Дейр-аль-Камар (دير القمر), в переводе «Монастырь Луны», была основной целью моей поездки в Шуф. Чтобы попасть в Дейр-аль-Камар, нужно было перейти долину. На первом отрезке пути, идя на спуск, я любовался видами на зелёные склоны. Они обнимали синеву моря, что проступала сквозь дымку. В одном месте на обочине дороги стояла машина. Пожилая пара, хозяева машины, прохаживались здесь же. По усам старика, его чёрным штанам-шароварам и белой шапочке было понятно, что он представитель общины друзов.
Пришла пора сойти с дороги, променяв её на узкие горные пути. Обливаясь потом, восходил я по ним на горную цепь за долиной. После полутора часов прогулки по горам я наблюдал, как горная дорога вливается в сеть улиц селения. Мощёные улицы, каменные дома, цветущие растения — живописными уголками встречает путника Дейр-аль-Камар. Группа детей под руководством старшего товарища мела мощёный спуск. А я присел отдохнуть под стоявшей там же, рядом, церковью.
Снова в путь. Вскоре передо мною вырос монастырь Сайидат-ат-Талла (سيدة التلة), или Богоматери Горной. Он принадлежит маронитской церкви и широко почитается в Ливане. Над церковью монастыря возвышается башня, на которой стоит фигура Девы Марии. Когда я был в церкви, туда же пожаловала шумная компания из людей разного возраста — скорее всего, членов одной семьи. В боковом нефе церкви царила темнота, разбавляемая огоньками свеч, поставленных на опору-блюдо.
Выше монастыря блестит и переливается жемчужина городка Дейр-аль-Камар — его центральная площадь Дани Шамуна (исторически известная как Майдан). Вокруг площади — важнейшие старинные здания, свидетели долгих веков истории Горного Ливана. Свидетели — по отношению к людям, а среди зданий они, конечно, главные герои местной истории. Как только я появился на площади, молодая семейная пара попросила меня снять их на телефон. За эту пустяковую «услугу» они одарили меня горячими благодарностями счастливых людей.
На несколько минут зашёл я в мечеть, которую построил эмир Фахруддин I для своих воинов в конце XV века. Весь городок стоит на склоне гор, поэтому его строения подобны ступеням лестницы, а главная площадь — тоже ступень, только пошире. Так вот, я поднялся на уровень поверх площади и кафе на её краю. Там мне сразу бросился в глаза мастерски украшенный разноцветным камнем вход в дворец эмира Юнуса из семейства Маан, брата Фахруддина II.
Совсем рядом — здание так называемой Кейсарии (القيصرية) конца XVI века. Когда-то это был рынок. Его устройство — портики вокруг большого двора — напоминают сидонский Хан-аль-Фаранж. Забавно, что подобно своему собрату в Сайде, Кейсария также приютила в своих стенах Французский институт. Родители как раз забирали детей с занятий. Среди всех моё внимание привлекли друзы: отец — с усами, в белой шапке на макушке и в чёрных шароварах; маленький сын — в такой же одежде, точно копия родителя.
Выше центральной площади, соединённый с ней лестницей, стоит дворец самого знаменитого из эмиров Горного Ливана — Фахруддина II. В его покоях ныне размещается Музей восковых фигур Мари Баз (متحف ماري باز). Билеты продавал горделивый мужчина почтенного возраста. Когда я приблизился ко входу, он курил толстенную сигару, а на шее у него красовалась какая-то важная медаль. Сверстник его проводил экскурсию внутри дворца. Кажется, по крайней мере один из них — представитель знатного семейства Баз, хотя это не более чем моё голословное предположение. Проверенный факт — в том, что в музее большое количество восковых фигур. Эти творения воплощают эмиров Ливана, турецких пашей-губернаторов, французских генералов, деятелей современной Ливанской Республики. Есть там фигура папы римского Иоанна-Павла II. В «предбаннике» можно увидеть скульптурное изображение известной во всём арабском мире ливанской певицы Мажиды Ар-Руми.
Если выйти из дворца Фахруддина II и посмотреть на дальнюю сторону всё той же площади, то легко разглядеть здание городской управы Дейр-аль-Камара. Когда-то это был дворец эмира Юсуфа Шехаба XVIII века, хотя возвели его на месте более раннего дворца. Можно зайти в его внутренний двор, заглянуть из двора в обширный торжественный зал.
Дейр-аль-Камар расположен на склоне, как уже было замечено. Над городом господствуют вершины гор. Я прошёл немного по дорогам, ведущим вверх, дабы взглянуть на город с высоты. Там снова заговорил со мной местный житель и попросил снять его на мой фотоаппарат, а потом переслать ему фотографии.
Осталось исследовать последнюю страницу истории Эмирата Горного Ливана, переместившись в XIX век, период правления рода Шехабов. Эмир Башир II перенёс свою резиденцию в селение Бейт-ад-Дин (بيت الدين). Это недалеко от Дейр-аль-Камара, туда просто дойти пешком, хотя необходимо снова перейти долину. Приятный спуск сопровождается видами на ступенчатые террасные огороды, горы, сельские дома. На удалении от дороги большая белая статуя изображает маронитского святого Шарбеля.
Раз был путь вниз, значит, будет и путь вверх по склону. Пожалуй, я уже прошёл большую его часть, когда около меня остановилась машина спортивного типа. Её водитель сказал, что он полицейский (если я правильно расслышал) и предложил подвезти. Так немного сократился мой путь до дворца Бейт-ад-Дин.
Дворец открыт для посещения, но также он является резиденцией президента республики. Фасад, обращённый во внутренний двор, напомнил мне архитектуру Персии или Самарканда (виденные только на фотографиях, конечно). Внутреннее оформление поистине роскошно. Любопытно, что потолки своей отделкой похожи на потолки дворцов и церквей стиля мудехар в Испании. Покои дворца по-восточному богато украшены орнаментом, их можно разглядывать часами. Посетитель словно переносится в другой мир, когда входит в полумрак покоя с разноцветными окнами. Наружу это помещение выдаётся в виде резного деревянного балкона. Большой зал в другой части дворцового комплекса превращён в картинную галерею.
Вечер вступал в свои права, так что пришло время возвращаться в Бейрут. Автобусы проезжают перекрёсток с круговым движением, до которого от дворца около километра. Я дошагал до него без проблем и так же благополучно доехал до столицы.
В тот вечер я нашёл недалеко от гостиницы ресторан, где питался все оставшиеся дни. Название его непримечательно как для арабской страны — «Абу-Хасан», а потчуют там блюдами вроде хумуса или фуля.
Тропинки 